Рассказы о порке фемдом

Желание Госпожи: “Хочу сильно выпороть!”

Тема рассказа: порка, садизм

Когда я хочу подчинять мужчину, выпороть его как следует, я чувствую это каждой частичкой своего тела. Сложно объяснить, почему это желание приходит. Но если оно появляется с утра, то за весь день достигает такого накала, что к вечеру я уже не могу спокойно усидеть на месте. Я не пытаюсь выяснить, почему я хочу доминировать над мужчиной, а попросту пороть его. Мне это нравится, и все тут, других объяснений не требуется.

Если желание настигло меня, я ищу покорного мужчину и …упиваюсь…И если желание преследует меня с утра, то покорную игрушку я должна получить уже к вечеру! Иначе у меня может испортиться настроение. При этом мне не нужны интимные отношения или что-то в таком роде. Я просто хочу подчинять…и пороть. Подогнуть мужчину под свою руку…или ногу…или под то, что посчитаю необходимым в этот момент.

Однажды, когда меня охватило желание, я попыталась удовлетворить себя сама, это было не то же самое, что смотреть в глаза испуганному покорному мужчине и произносить волшебные слова: “Ты принадлежишь мне!”.

Когда он смотрит на меня, боясь ответить, спросить или выяснять, что я думаю, чувствую, как нахлынут волны удовольствия, словно шторм, обрушившийся на пляж.

Мне нравится видеть в глазах подчиненного мужчины страх, ужас, растущую панику. Я пока не встретила ни одного нижнего, который мог бы скрыть этот страх, когда смотрит мне в глаза. Нет. Никто из них не может это скрыть. Я питаюсь этим страхом, это то, что утоляет голод моего желания – подчинить мужчину..

Однажды вечером я позвонила на работу нижнему и сказала, что у него назначена встреча в 19:30 вечера, не поясняя, что его ждет.

Он приехал вовремя. Скинув одежду в фойе, он поднялся по лестнице и встал в центре комнаты, умоляя меня посмотреть на него. В какую игру я хотела сыграть? Что я сегодня предпочту?

Когда я начинаю игру, нет смысла в словах. Мои жесты говорят за меня.

Указав кивком головы к лестнице у стены, я намекнула ему, где я хочу его видеть. Он поспешил занять указанное место. Обычно я завязываю ему запястья свободно, но не в этот вечер. Нет, я захотела воспользоваться кожаными ремешками и прочно закрепила запястья. Его руки никуда не могли двигаться. Мне захотелось сделать то же самое с его лодыжками.

Ему было тяжело устоять на месте из-за веса около 90 кг, поэтому он полностью прислонился к к стене. Теперь он никуда не уйдет… Пока я не закончу.

Я увидела его белую задницу и решила повеселиться, воспользовавшись жесткими игрушками. Сначала кожаным ремнем, потом плоской деревянной лопаткой с полированной ручкой. Я просто хлопала и хлопала, пока не заболела рука, и я не устала. Я закрыла глаза, так мне было хорошо. И открыв их, я увидела, что его белая задница стала теперь ярко-красной. Кроме того, прорисовалась парочка шрамов…

Увиденное вдохновило меня и вызвало прилив энергии в моей руке – я сжала холодную ручку кожаной лопатки. Как это интересно, что такое небольшое устройство при хорошем использовании причиняет серьезную боль. В его голосе чувствовался страх. Тут я абсолютно уверена, что слышала, как он рыдал. Это возбуждало меня еще больше, и я чередовала успокаивающие движения по его рубцам меховой стороной лопатки и удары (каждый с красной отметиной) кожаной стороной…

Желание ослабевало. Наконец, наступила релаксация. Я дышала спокойно.

Он повернулся ко мне лицом и я увидела то, что особенно приятно: слезы. Его красивое лицо передавало все, что он чувствовал: страх, боль и покорность. Я пошла дальше, развивая желание помучить его, и схватила ногтями эту чудесную задницу. Я не просто хотела помучить его, нет, я также хотела истязать его задницу…

Но, посмотрев на него, я поняла, что скоро мне понадобится замена. Мне понадобится еще одна задница, готовая стерпеть очень многое. Все дело в том, что, когда начинается фемдом порка, я не могу сказать, как долго я захочу ее проводить, как далеко зайду. В памяти пронесся случай, происшедший со мной этой весной.

***

В тот весенний день я также начала испытывать желание выпороть мужчину. Но мне хотелось чего-то особенного. Пройдя через автостоянку от моего офиса, я зашла в свой любимый ресторан. чтобы посидеть в баре. Я выбрала это место для того, чтобы видеть всех посетителей ресторана. Увы, я не видела лиц мужчин…только их задницы. Особенно меня заинтересовали те, кто были одеты в обтягивающие джинсы. Эта одежда особенно привлекательно подчеркивает мужские задницы!!!

Я стала оценивающе рассматривать мужчин. И сразу отмела тощих – у них будут задницы с дряблой кожей. Я предпочитаю пороть мужчин с плотной и твердой задницей. Мысленно представив волосатые или гладкие задницы мужчин, я почувствовала некоторое возбуждение…

Как я нахожу нужный объект для порки? Чаще просто посмотрев в глаза. Как будто его глаза способны сказать: “Я дам тебе все, что ты захочешь без ограничений!”. Я ищу такой взгляд, когда меня охватывает острое желание выпороть мужчину!

Но рассматривая посетителей, я не смогла найти ни одной интригующей задницы. Некоторые казались подходящими, но хотелось чего-то большего. Мне нужен был тот, кто пойдет на все и будет покорным. Но в то же время я жаждала того, кто будет сопротивляться мне морально какое-то время, а потом сдастся. Ведь он и сам этого хочет!!. Я хотела сопротивления и одновременно жаждала покорности.

К восьми часам я все еще не была уверена, что найду что-то подходящее. Уже почти готовая оставить поиски, я решила попробовать еще раз и проверить небольшую компанию, только что вошедшую в ресторан. С моей точки зрения, мне светила только одна возможность: крепкие ягодицы в обтягивающих джинсах и в черных кожаных туфлях. Я изучала его туфли, отполированные и сияющие.

Я нашла его. Он же просто еще не знал об этом.

Я посмотрела в его направлении, кивнув ему глазами. Его немой вопрос восхитил меня, как будто он спросил: “Я?”

Я кивнула, и он подошел к моему столу. Еще один кивок. Он сел.

“Не называй своего имени”, – начала я, – Я не хочу знать. Я хочу, чтобы ты пошел со мной сегодня вечером и удовлетворил меня…мои потребности. Мне наплевать, чего ты хочешь. Для меня это не имеет смысла”.

“По крайней мере, прямолинейно, – улыбнулся он, посмотрев мне в лицо, – Что я получу?”.

“Ты не имеешь значения, – ответила я прямо, – важно то, что получу я. И я хочу тебя… или часть тебя.” Я не улыбалась, он – тоже. Я видела, как он взвешивал мое предложение в голове, заколебавшись.

“Что я должен делать?”, – спросил он, наконец-то. Тогда я стала абсолютно уверена, что он мой.

“Просто прими то, что я хочу”,- это все, что я смогла сказать. Его заинтересованность говорила, что он хочет, но мозг дал ему другие указания. Если бы он сдался, он был бы моим. Я могла уверить его, но не хотела, чтобы он думал, что будет легко…или безболезненно…или без борьбы.

“Не знаю,”, – ответил он. Я поняла, что он пытается выяснить силу моей власти и хочет знать, что я готова сделать, чтобы получить его. Я не хотела играть… не в эту игру. У меня покалывали пальцы ног, и бедра сильно сжимались, так что у меня заболели ноги. Он был нужен мне сейчас.

Под столом я дотянулась до молнии на его ширинке и расстегнула. Он не дрогнул, и я почувствовала, что готова взорваться. Они мне нравятся сильными, без страха. Заставить их бояться – это то развлечение, которое я ищу.

Мои пальцы исследовали в его открытых штанах, и я нашла свою цель. Его глаза расширились от удивления и от волнения, и рот слегка открылся, когда он закрыл глаза. Темные волосы упали на его лицо. Он вспотел, когда я играла его жестким пульсирующим органом. Для меня не существовало ни лица, ни шеи, ни рук, ни ног. Всё, что я чувствовала или хотела – это задница.

“Где?”, – пробормотал он. Я достала ключи из кармана и привела его к машине. Его джинсы были еще расстегнуты. Зачем было застегивать? Он бы не надел их надолго.

На парковке было темно. Я потребовала, чтобы он снял джинсы, прежде чем сесть в мою маленькую машину. Он немного протестовал, пока я не взяла его затвердевший член и не потянула за него к открытой дверце машины.

“Снимай!”, -приказала я спокойно и ясно. Туфли, джинсы. Я бросила все в багажник, встала перед ним и потребовала, чтобы он повернулся. Я должна была увидеть эту задницу.

О, Боже, это было замечательно.

Чисто. Безупречно. Я влюбилась, иначе нельзя было назвать переполнивший меня восторг. Я не была уверена, что смогу уверенно вести машину, уж сильно я разволновалась…

Хотя мне нравится ездить быстро, на этот раз я гнала быстрее. Я маневрировала, торопясь к дому, затем бросила машину в гараж. Когда мы прибыли, я увидела полную луну и открыла ему дверь. Он сопротивлялся, и я потянула его за член.

“Покажи мне свою задницу. Раздвинь ноги! Руками раздвинь ягодицы!”, – потребовала я. Он повернулся ко мне боком, горячо дыша в весеннем ночном воздухе. Сопротивление. Он боялся показать мне то, что я хочу – то, что мне нужно. Самая большая его проблема – незнание того, что его ждет. Он узнает, что я ни перед чем не остановлюсь на пути к реализации своего желания.

“Сделай это, или я сделаю это сама, – угрожала я, – Широко!”

Я радовалась, пока он ласкал свою задницу, обдумывая, почему он выставился перед совершенно незнакомой женщиной весенней ночью в полнолуние. Ответ был ясен мне, но он еще не знал об этом. Я бы получила то, что хотела. Другого выбора не было.

Рано или поздно он тоже это поймет. Но пока что я была полностью поглощена этой борьбой.

Мне нужно было больше. Я должна была иметь все это, и я хотела этого сейчас.

Даже в холодном весеннем ночном воздухе он вспотел. Если бы он не показал мне свою задницу, я бы показала ему, зачем нужна была игра. Я знала, что скоро получу эту задницу. Куда бы он пошел полуголый в холодную ночь?

Его руки схватили ягодицы, но не открыли их достаточно, чтобы это удовлетворило меня. Поэтому я схватила его за волосы и поставила на колени. Бетон, безусловно, оказался болезненным для его голых колен, но это не имело значения для меня. Не тогда. Я потянула его за волосы, клянусь, я видела его дрожь.

В моей душе не было ни милосердия, ни жалости, ни сочувствия к нему. Только мои желания имели значение в тот момент. И я хотела, чтобы его задница была широко раскрыта. О, Боже, я обожаю эту борьбу.

“Твой выбор, – прошептала я ему в ухо, пригибая его волосы к бетону, – Либо ты подчиняешься мне, либо можешь остаться здесь на всю ночь”. Это моя игра, и я придумываю все правила.

Стоя над его изогнутым телом, я наблюдала за каждым движением его пальцев на заднице. Они двигались дальше и, наконец, сделали так, как мне было нужно.

Он был в моих руках! Согнутый глубоко вперед, с пальцами, раздвигавшими задницу, он рыдал…Как это завело меня!!! Захотелось немедленно затащить его в дом и продолжить. Нельзя было больше терять время.

Я затащила его внутрь за волосы и бросила на деревянный пол. Я не слушала его бормотание и рыдания. Мне было все равно. Хотела я только одного…

“Наверх!”, – закричала я. И он послушно повиновался моему приказу. На четвереньках он находил ступеньки и заползал все выше. Я шла следом. И с моей точки зрения позади его задница была прекрасна. Так как мое желание все возрастало, я “помогала” ему подниматься быстрее, шлепая по ягодицам.

Я перестала считать, сколько раз ударила его по ягодицам, когда увидела, что его задница покраснела.

Оказавшись в игровой комнате, он стал более раздражительным и агрессивным. Но это лишь усиливало мое желание. Я хотела обездвижить его. Тогда он будет вынужден получить все, что мне будет угодно. Разве не об этом он спрашивал меня раньше:”Что я получу?”.

Пришло время, когда он узнает, что получит. Ответ будет простым: “Все!!!”

Я потянула его сзади за волосы, накинув ошейник и закрепила его навесным замком. Пока все в порядке. Теперь следовало основательно закрепить ошейник к чему-то надежному.

Мои глаза остановились на двух рым-болтах: одном, посаженном в потолочную балку, другом, привинченном к деревянной лестнице. Два кусочка плотной веревки подойдут. Я закрепила все должным образом.

Теперь уж он точно скоро узнает, что получит!!!

Тогда он попытался освободиться…

Я не знаю, как это случилось, но один кусок веревки, привязанный к рым-болту на лестнице, выскользнул. В результате остался только один длинный кусок веревки, который был протянут сквозь кольцо воротника и связан с рым-болтом в потолке. Теперь он бегал вокруг, ускользая от меня. Но он не добьется успеха.

Я сбила его с ног, схватив за волосы. Затем связала его толстой веревкой, вытянув руки по швам. Никуда он не денется!!!

Устав сопротивляться он, наконец, оглянулся на меня и увидел мою улыбку.

Надо было видеть, как он трясся и дрожал, когда я выключила свет и зажгла свечи. Если я хочу выпороть парня, мне нравится это делать при свечах. Но я хочу время от времени видеть их лица. И я хочу видеть их задницы все время. Красные задницы великолепны при свечах.

Я сильно разгорячилась, поэтому сняла блузку и юбку, показав нижнее белье, которое я одеваю, когда меня охватывает желание посильнее выпороть парня!!! В таких случаях я одеваю только черное белье. Корсет еще лучше.

Я сняла лишнюю одежду, так что теперь смогу бить сильнее и точнее. Его глаза смотрели на бамбуковую трость в моей руке. Его рот приоткрылся, но он не произнес ни слова. Страх в его пустых глазах наполнил мою душу, и я полностью погрузилась в то, что так хотела.

Я не считала удары. Поэтому не могу сказать, как долго он терпел бамбук до того, как закричал. Может быть, он получил несколько ударов. Может, больше. Кто знает? Стоны, которые он издавал, наполнили меня странным комфортом. Приятно было осознавать, что боль он терпел ради меня.

В собственном уединенном доме можно позволить себе вести себя громко. Мы никому не мешали, поэтому не нужно было затыкать ему рот. Я слушала его стоны, крики и вопли без перерыва. Я наслаждалась этим. Он подкармливал садиста в глубине меня.

После бамбуковой трости он получил двухсторонний ремешок, а затем – кожаную плеть. Я старалась не причинять слишком много рубцов. Кто знает, где он будет завтра и кто будет осматривать его прекрасную красную задницу? Он приближался к кульминации боли, и я быстро приближалась к апогею этого чувства. Я чувствовала, как бьется мое сердце. Мне казалось, что оно бьется сильнее, чем все его стоны и крики. Как мне нравится, когда они завывают!!! Меня подпитывает этот крик…

“Пожалуйста!”, – громко закричал он. И я была немного поражена, когда услышала, что он говорит. О, это заинтриговало меня все больше и больше. Он был настоящим сокровищем, драгоценным камнем, который можно было выставлять напоказ по особым случаям.

“НЕ НАДО БОЛЬШЕ… “

Я остановилась, глядя на его раскрасневшуюся задницу и оценивала свою работу. “Прекрасно,”- прокомментировала я, в основном для себя.

“О, Боже, – прошептал он и позволил своему телу на мгновение повиснуть на ошейнике, собирая остатки сил.

Я почувствовала, что и мое тело успокоилось. Еще одна работа закончена.

“Давай посмотрим”,- сказала я тихо. Он внимательно следил за моими действиями.

Я освободила его от веревок. Но мне еще нужен был достойный финал. Я смотрела на него и ждала…Мне это нужно. Я жаждала от него покорности…

Он упал на колени. Что же, отличное начало! Потом он опустил голову, жалко всхлипывая.

Но мне хотелось другого. Меня интересовала его задница и его руки. Подчинился он???

И он понял. Встав на колени и нагнув низко голову, он положил руки на ягодицы и широко раздвинул их. Очевидно, ему приходилось бороться с жгучей болью, когда он трогал свою побитую задницу.

Но он сделал то, что я хотела!!! Его покорность заполнила и освободила меня одновременно. Мне осталось только прикоснуться руками к своей работе. Я подошла и медленно и мягко похлопала красные рубцы, потом все сильнее и сильнее, пока он не застонал от боли и унижения. Это был десерт на моем празднике.

Кто знает, как долго он стоял на коленях, не двигаясь, с раздвинутой задницей и всхлипывающим лицом? Это не имело значения. Я наслаждалась заслуженным мокко на кухне. С двумя порциями взбитых сливок. Мне это было нужно. Я заслужила это.

Кофе – это лучший конец отличной сессии. И я знала, что хорошо посплю сегодня. До следующего раза.

Комментарии:

Оставьте ответ

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *