в рабстве у сумасшедших девушек

В рабстве у сумасшедших девушек ч.5 Наказание

Предыдущая часть: ч. 4 муки

Темы рассказа: по принуждению, бондаж, унижение, CFNM, клетка, заточение

Новый день: я напуган тем, что со мной могут сделать

“Проснись и порадуйся новому дню, раб!”

Я проснулся от неглубокого и лихорадочного сна. Это было так ненавистно, что они всегда называли меня «рабом». Но я привыкал к этому обращению, как будто это мое имя.

“Кто надел на него этот ошейник?”, – спросила Эмили.

“Упс”, – сказала Джули, – “Я.”

Мелани засмеялась: “Вряд ли он хорошо отдохнул ночью”

“Да ладно тебе, – сказала Джули, – Эта штука не такая уж и страшная. Поверь мне, я думала сделать с ним еще десять вещей.. И все они были более жесткими. Я остановилась на ошейнике для осанки”

Мелани продолжала смеяться. Очевидно, что ей было наплевать на то, что Джули добавила мне мучений ночью. Она даже находила это забавным.

Я беспомощно смотрел на них снизу. Три девушки ходили вокруг меня. Ожидание того, что они могут сделать со мной сейчас, сильно пугало меня. За прошедшие два дня я уже столько натерпелся. Меня к тому же мучили боли в челюсти от кляпа и в шее от напряжения, не говоря уже о постоянных судорогах в руках и ногах от ленты.

Мелани отсоединила цепь от кровати, приковывающую мою лодыжку.

“На живот, раб”,- закричала Джули.

Я перевернулся на живот. Джули села мне на спину и начала прикреплять кожаные манжеты к моим рукам чуть выше локтей. Я начал задыхаться в ожидании ее следующего шага… Холодный металл коснулся моей спины. Джули протягивала цепь через два локтевых манжета. Она поставила одну ногу на мою спину и сильно потянула, прижав локти друг к другу за спиной. Появилось знакомое по вчерашнему дню напряжение в плечах. Джули заперла цепь, когда мои локти были на расстоянии примерно 12 см друг от друг

«Скоро мы сведем их вместе”, – прошептала Джулия мне на ухо. Поднявшись, она продолжила: «В процессе рабства нам нужно развить его гибкость. Он научится этому. Сейчас у него сильные мышцы в руках. Мышца подавляет гибкость. Но, к счастью, его мышцы атрофируются через несколько недель тяжелого рабства».

Недели ?! Она должно быть шутит! Эти сумасшедшие больные девушки планировали удерживать меня в этих безумно болезненных положениях неделями!

Джулия схватила кольцо сзади моего ошейника и начала дергать.

“На ноги, раб. Мы идем гулять”.

С «помощью» Джулии я смог встать. Она прикрепила кожаный поводок к кольцу в передней части моего ошейника. И девушки начали выгонять меня за дверь. Я едва мог идти с ними рядом, поскольку мне мешала 12 см цепь, сковывающая мои лодыжки. Джули держала поводок и дергала всякий раз, когда я двигался слишком медленно. Я продолжал спотыкаться.

Часть меня была взволнована тем, что наконец покинула эту ужасную комнату, где все это началось. Другая часть была в ужасе от того, куда они меня ведут.

Они повели меня по коридору к лестнице. Слюна стекала по моему подбородку. Когда мы подошли к лестнице, Мелани слегка ослабила цепочку на лодыжках, чтобы я мог подниматься по лестнице. Джулия шла впереди, а Мелани и Эмили сзади меня. Они провели меня по лестнице, по коридору, через кухню и большую гостиную. Когда мы подошли к двери, и Эмили открыла ее, я понял, что мы идем на улицу.

Девушки тащили меня на свой задний двор. Там были огромное поле не кошенной травы и лес со всех сторон. В поле зрения не было ничего кроме леса. Тем не менее, теперь, когда мы были снаружи, все, о чем я мог думать, – это о попытке убежать. Это было глупо, так как я мог лишь немного двигать ногами. А мои руки были сильно связаны за спиной. Кроме того, ошейник ограничивал мой кругозор, а клейкая лента на моих ногах затрудняли ходьбу. Я был удивлен тем, что трудно было ходить, не используя пальцы ног.

Попытка побега

Мы шли по жесткой, грубой траве. Девушки молчали. Они двигались молча, как палачи. Если бы я смог как-то их отвлечь, может быть, я бы убежал достаточно далеко, чтобы спрятаться… Я был полон решимости попробовать. Неизвестно, представится ли еще подобный шанс.

Мы уже прошли почти четверть мили от дома. Мои ноги устали, не говоря уже о всех других болях, которые я испытывал от рабства. Девушки, казалось, скучали от того, что я двигаюсь в медленном темпе. Я подумал, что настал мой шанс.

Я резко дернулся в противоположном направлении от того места, куда они меня вели. Джули, застигнутая врасплох, потеряла контроль над поводком. Я побежал так быстро, насколько позволяла мне моя цепочка… Адреналин зашкаливал.

“Маленькая сука!”, – выругалась Джулия.

Я продолжал бежать. Кровь стучала в моей голове.

«Отпусти его, – услышал я спокойные слова Эмили, – Пусть он увидит, что это бесполезно».

Она была права. Я мог лишь семенить ногами. И едва бы добился чего-нибудь. Девушки могут легко догнать меня. И бежать было некуда. Мне потребовалось бы, наверное, десять минут, чтобы добраться до ближайших деревьев. Но если предположить, что я бы добрался до них, мог бы я там спрятаться от них?

Еще несколько мгновений, и я споткнулся. Практически невозможно удерживать равновесие, когда запястья и локти связаны за спиной, а голову удерживает ошейник для осанки. И, что хуже всего, лента сковывает пальцы ног в невозможном положении. Я упал лицом вперед, почувствовав обнаженным телом колючую траву… Но я даже не мог встать на ноги… Вскоре девушки стояли надо мной. Мелани истерически смеялась над моими неудачными попытками встать.

«Ты, вероятно, горд своей попыткой побега,- сказала Эмили, почти грустно, – Я пыталась спасти тебя от третьего наказания вчера, но на этот раз у нас нет выбора. Теперь ты заслужил три наказания. И ты очень скоро узнаешь, что это значит».

Я сгорбился в траве.

“Ты последний раз видишь солнце!”

“Джули, ты хочешь оказать почести?”

Джули схватила поводок и резко подняла меня на ноги, задушив меня сильным рывком.

Еще через пять минут мы подошли к месту, где ветки и листья лежали в куче. Джули крепко держала меня за поводок, пока Эмили и Мелани убирали ветви. Я понятия не имел, чем они занимались. Наконец, я заметил блеск металла, сверкающего на солнце, на том месте, где лежали ветви. Девочки отбросили последние несколько веток. И тогда я увидел тяжелую металлическую дверь. Это был вход в старое бомбоубежище. Девочки медленно открыли дверь, которая зловеще скрипнула. Показалась лестница, ведущая вниз во тьму.

Джулия все еще крепко держала поводок и пристально смотрела на меня. Когда другие девушки встали и повернулись ко мне, Джули расстегнула мой осаночный ошейник.

«Я хочу, чтобы ты посмотрел на солнце», – сказала она.

Я колебался, но выполнил, не видя никакой опасности в этом. Слишком взволнованный, я не мог понять, что сейчас происходит.

“Видишь…солнце? Красивое голубое небо и… облака? Хорошо? Давай, полюбуйся всем этим минуту”.

Я смотрел на небо, молясь богу о милосердии.

«Хорошо,- сказала Джули, и ее тон внезапно стал угрожающим. – Надеюсь, ты хорошо посмотрел… Я клянусь тебе, здесь и сейчас, что это последний раз, когда ты видишь солнце».

Наконец, до меня дошло то, что она только что сказала. А Джули в этот момент взяла мой член и начала тянуть меня вперед. Тем временем Эмили и Мелани взяли меня за руки и повели. Даже если бы я хотел сопротивляться, я был полностью подавлен. От нахлынувшего ужаса я снова заплакал.

«Сохраняй спокойствие, – уговаривала Эмили, – просто будь хорошим мальчиком. Не делай глупостей. Ты ведь не хочешь заслужить еще наказание».

“Узник” старого бомбоубежища

Подстегивая меня, девушки повели меня вниз по лестнице в темное помещение бомбоубежища. После моей жалкой попытки сбежать минуту назад и под угрозой наказания я не думал сопротивляться. Все, что я пытался сделать – спуститься вниз по лестнице на моих заклеенных ногах, не разбившись до смерти.

Внизу лестницы Эмили включила лампочку на потолке, открывая скромную комнату, которую вы могли бы увидеть в старом бомбоубежище. Каменные стены, жесткие деревянные скамейки, несколько шкафов и т. д. Но это был не конечный пункт моего назначения.

В задней стене находилась толстая металлическая дверь, закрытая на несколько навесных замков. Эмили открыла замки, а затем и дверь. Это была раздвижная дверь. Она медленно откатилась в сторону. За дверью была большая прямоугольная комната.

Девушки ввели меня внутрь и включили свет. Комната была в основном голой, за исключением металлической клетки в углу, которая, казалось, была предназначена для собак среднего размера. Там также были кольца, вваренные в землю, стены и потолок в разных местах. Какая-то рукоятка торчала из стены справа от меня. Наконец, в одном углу комнаты был унитаз.

Я попытался издать несколько слабых звуков протеста в кляп. Но единственным результатом было то, что я выпустил несколько свежих слюней. Они текли по моему подбородку и груди. Итак, девушки привели меня в комнату, которую как только что поклялась мне Джули, я никогда не покину. Я плакал безудержно.

Они потащили меня к унитазу, и Эмили приказала мне сесть. Я сел, хотя с трудом из-за моих ограничений.

«Мы вернемся через пять минут. Тебе лучше справить свои потребности сейчас, потому что у тебя не будет другого шанса какое-то время. Когда мы вернемся, начнется наказание. Ты заработал три наказания».

Они ушли. По правде говоря, мне хотелось отчаянно в туалет по большому. Я несколько раз мочился в подвале, где меня держали. Но я не мог позаботиться о других своих нуждах. С моим ограниченным движением я каким-то образом сумел сделать это.

Девушки вернулись, как только я закончил. Я почувствовал, как ускользают остатки моего достоинства, когда встал, обнаженный перед тремя полностью одетыми и ухмыляющимися девушками. И при этом совершенно бессильный и связанный.

Единственный предмет “одежды” – подгузник

Мелани улыбнулась, держа что-то белое в руках. Я все еще пытался понять, что это было, когда она просветила меня.

“Это подгузник! У тебя не будет возможности пользоваться туалетом в течение долгого времени, а здесь должно быть чисто».

«Ты оставил пятна мочи на ковре в подвальной спальне дома, – добавила Эмили, -А эту комнату мы будем содержать в чистоте»

Это было достаточно унизительно – вынужденно носить подгузник. И они ожидали, что я действительно буду использовать его. Я представил ощущения этой перспективы: отвратительное хлюпанье и запах использованного подгузника. Меня затошнило, и я закричал в кляп. Но Эмили и Джули держали меня с двух сторон, в то время как Мелани опустилась на колени, чтобы надеть большой пластиковый подгузник.

Я все еще боялся предстоящего наказания, поэтому не оказывал большого физического сопротивления (хотя что я на самом деле мог сделать!!!). Вместо этого я просто взвыл в кляп, как расстроенный ребенок. А Мелани расположила переднюю часть подгузника над гениталиями, а затем потянула вторую половину между ног. Она плотно прижала подгузник к моему телу. Жесткий пластик неловко толкнул мой член и яйца назад к моей промежности…

“Хорошо, сказала Эмили, – Теперь давайте подготовим его к наказанию».

Подготовка к наказанию

Это было и нестерпимое унижение, и страх предстоящего наказания. Казалось, что девушки неумолимо продвигаются вперед в соответствии со своими сумасшедшими планами... Сзади Джулия подтолкнула меня в направлении клетки… Я знал, что будет дальше – возможно, понял это с того момента, как увидел клетку. Но все еще не мог понять… Я просто физически не мог влезть в эту клетку.

«Ложись на живот»,- приказала Джули, когда мы добрались до клетки.

Я упал на колени, и Джули “помогла” мне ногой достать до пола. Она сняла цепь, соединяющую локтевые манжеты. И я вздохнул с облегчением от того, что боль в плечах уменьшилась. Затем она убрала ленту с пальцев рук и ног. И, наконец, сняла цепочку с моих лодыжек.

«Я собираюсь убрать сейчас кляп,- сказала Джули, – Если ты произнесешь хоть одно слово без разрешения, ты получишь четвертое наказание».

Несмотря на то, что я еще не знал, какое наказание ожидает меня, страх уже убивал желание говорить. Джули расстегнула ремешки вокруг моей головы и достала мяч изо рта. Слюна вылилась на бетонный пол, и я медленно вытянул больную челюсть.

Теперь меня сдерживали только запястья. Манжеты на локтях, лодыжках и запястьях остались, прикрепленные замками, но все еще были связаны запястья. Это было самое свободное положение после того, как я надел на себя наручники, прикованный к потолку в доме цепью. И все же задумался о попытке сбежать. Но заметил, что Эмили держала тазер в ожидании попытки побега.

Обдумывая свои варианты, я почувствовал что-то кожаное, касающееся моих пальцев. Через мгновение на моих руках я увидел …кожаные рукавицы и услышал щелчок еще двух замков.

«Это варежки, – объяснила Джули, – Ты не сможешь воспользоваться пальцами. Но они не будут затекать, как это было с лентой. Мы добры к тебе. Запомни это”.

Она говорила правду. Я мог сгибать пальцы в варежках. Но не смог бы что-то сделать пальцами. Все же это было много лучше, чем липкая лента.

Сложенный пополам, в крошечной клетке

«Теперь заползай в клетку, головой вперед», – сказала Эмили, слегка ударяя меня в бок. А Мелани распахнула дверцу клетки.

Я посмотрел на своих похитительниц в надежде вызвать некоторую жалость. Но смог лишь увидеть, как Эмили пустила разряд тазера в воздух. Я был слишком измотан, чтобы делать что-то другое, кроме как подчиняться.

Неловко, с руками, все еще связанными сзади, я пробирался по полу клетки. Сначала моя грудь соприкоснулась с холодным металлом пола клетки. Я продолжал извиваться, пока вся моя верхняя часть тела не оказалась внутри клетки. Моя голова теперь упиралась в задний конец. Как я и ожидал, я никак не мог вписаться в эту клетку. Она была примерно метр на метр, намного меньше моего роста. Прутья клетки были плотными. Через щели мог пройти только палец. Вся моя нижняя часть тела все еще торчала снаружи.

«Вперед!» – крикнула Джули. «У нас мало времени. Согни колени, залазь!”

Я застонал, потянув колени внутрь клетки. Теперь моя голова неловко прижалась к задней части клетки. И все же ноги залезли не полностью. Я продолжал пытаться двигать ногами. Но моя изогнутая спина уже упиралась в верх клетки. По правде говоря, какой-то своей частью я хотел забраться внутрь клетки. По крайней мере, внутри клетки девушки больше не смогут меня мучить. Но было ясно, что я не влажу. Возможно, девушки передумают запихивать меня в клетку…

Они не передумали. Джули начала злобно пинать меня в задницу.

“Ой! Ой!”, – крикнул я.

“Заткнись!”, – Джулия начала толкать меня сзади в клетку. «Помогите мне»,- проинструктировала она остальных.

Мелани наклонилась и начала толкать меня внутрь клетки. Мое лицо теперь было разбито о стальную сетку заднего конца клетки, брусья врезались в мое лицо. Какого хрена они делали? Разве они не могли видеть, что я не влажу? И все же они продолжали давить. Мелани схватила мою ногу и подтолкнула ее к краю передней части стальной клетки. Джули сделала то же самое с моей другой ногой. Но все тело никак не умещалось в клетке: если входили ноги, то выпирал зад, и, наоборот, если входил зад, то вылазили ноги.

Наконец, после долгих толчков они втиснули все мое тело в клетку достаточно для того, чтобы Эмили закрыла дверцу. Мое тело было неестественно искажено, прямо сложено пополам. Лицо прижато к стальным стержням. Спина напряглась наверху. Ноги болезненно сжаты подо мной. Эмили закрыла защелку большим замком и определила мою судьбу. Тем временем Мелани открыла маленькую защелку наверху клетки, протянула руку и открыла замок, удерживающий мои запястья.

Теперь я был свободен от каких-либо ограничений, кроме кожаных рукавиц и манжет на моих запястьях, лодыжках и локтях. Но я был втиснут в эту крошечную клетку. Что я мог предпринять? Было очевидно, что они не смогут долго держать меня в этой клетке. Она слишком мала. Они не учли это в своем плане.

Пришло время получить все три наказания

«Ну, теперь, когда ты поселился в своей новой клетке, – начала Эмили, стоя над моей крошечной тюрьмой, – пришло время объяснить твое наказание за плохое поведение. Ты получил три наказания. Это будет три дня и три часа. Все это время ты будешь оставаться в этой клетке. И мы без колебаний продлим твое пребывание в ней, если ты совершишь какие-либо дальнейшие проступки. Ты должен уяснить свое место. Ты раб, и тебе придется зарабатывать себе более комфортные условия. На данный момент – в течение следующих трех дней – ты будешь……. наслаждаться новой клеткой».

Я снова начал рыдать, но услышал лишь тишину. Без слов девушки вышли за дверь, оставив меня в ужасном одиночестве.

Они закрыли металлические двери. И последние звуки, которые я слышал, были звуки закрывающихся замков на внешней стороне двери и шаги девушек, поднимающихся по лестнице. А потом…тяжелые двери бомбоубежища были закрыты…. надо мной.

Рассказ на подобную тему: Нелегкая собачья жизнь. ч. 2. клетка

Комментарии:

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *