Нелегкая собачья жизнь

Нелегкая собачья жизнь Ч. 2 Клетка

Предыдущая часть: ч. 1 Собачья маска

Темы рассказа: принудительное заточение, клетка, собачья маска, собачий костюм, ошейник, игры в животных

Ночь в клетке

Когда мои глаза привыкли, я заметил ванну со шлангом в углу, а также ужасные утюги, ошейники, ремни, кнуты на стенах. Раны на моей заднице все еще горели и пульсировали…

Я проверил кандалы на своих запястьях. Они были из прочного, тяжелого металла и весили килограмм 10-12. Кандалы весьма крепко сцепили мои запястья, так что даже не скользили по руке. Звенья в цепи между ними были огромными. Эта цепь была не более 40 см, что вынуждало меня лежать на животе или поднимать кандалы вверх. Поводок, прикрепленный к ошейнику, был коротким. Поэтому когда я опускал голову, я не мог дотянуться до пола. Из этого следовало, что я не мог положить голову ни на что, кроме холодных жестких кандалов.

Ко всем моим бедам, у меня начался зуд на коже, что усугубляло дискомфорт. Но почесаться было физически невозможно. Да и это еще не все: согнутые ноги сводило судорогой и челюсть начала болеть.

Я не мог не думать о том, как все это произошло. Какая непростительная глупость! Я сам позволил поймать себя в ловушку, идя на поводу желаний моего члена. Виолетта сделала меня совершенно беспомощным и бессильным. Сейчас у меня было меньше возможностей защитить себя, чем даже у собаки. Ведь собачья маска скрывала мои зубы. Она продумала обо всем. Трудно было принять тот факт, что кожа и металл полностью поработили меня. Виолетта была права. Никто никогда не будет искать меня. Я с нетерпением ждал отношений с женщинами, когда я закончил институт, но времени не было. Но какой смысл сейчас думать об этом? Слишком поздно. Это ведь я сам рассказал ей о своем одиночестве и стал ее идеальной добычей.

Все было против меня. Разве возможно избежать рабства в доме, спрятанном за высоким забором? А если к ней придет компания или ей нужно будет идти по делам, она может оставить меня в этой темнице, где меня никто бы не нашел. Мои шансы на побег были безрадостными. Чем больше я думал о возможности, что она освободит меня, тем больше я понимал, что этого никогда не произойдет. Если она освободит меня, то может попасть в тюрьму за похищение человека.

Время шло медленно и мучительно. Мои согнутые ноги стали почти невыносимыми. В какие-то моменты я думал, что они могут фактически довести меня до безумия. В довершение всего, мне сильно хотелось пописать. Вечером я выпил много пива, и мой мочевой пузырь был переполнен … действительно переполнен. Потерпев какое-то время, я понял, что физически это невозможно, и я попробовал. Случилось это непроизвольно, но все равно стало легче. Хотя как сказать. Мочевой пузырь почувствовал себя лучше. Однако стальное дно клетки, похожее на поднос, наполнилось теплой мочой. И я вынужден был лежать в собственной моче.

Постепенно моча стала холодной. Так что я стал дрожать от холода. Когда я услышал, как утром открывается дверь, моя голова была как в тумане. Мне потребовались 10-15 секунд, чтобы понять, где я нахожусь и что случилось.

Виолетта обнаружила, что я лежу в клетке в собственном моче. Судороги в ногах били очень сильно. И я так сильно чесался, что дергался из стороны в сторону, пытаясь найти хоть какое-то облегчение…

Я назову тебя Бобби

“Плохой мальчик”, – сказала она, сев на корточки рядом со мной. Виолетта уже сделала макияж и одела деловой костюм. Она была потрясающе красива и выглядела отдохнувшей: «Что я тебе сказала? Тебя, очевидно, нужно много дрессировать, чтобы хорошенько обучить».

Она открыла кодовый замок и освободила мои цепи: “Выйти”

В тот момент я не хотел причинять ей боль или убивать ее. Я лишь хотел снять этот гребаный костюм. Я был в ужасном состоянии … от холода, судорог и боли. И отчаянно надеялся, что она освободит меня, хотя в глубине души понимал, что этого не произойдет. Тот факт, что она выглядела идеально и отдохнула, когда я так мучился и страдал, покрытый собственной мочой, даже не приходил мне в голову. Я просто хотел, чтобы с меня сняли собачий костюм.

Я попытался выбраться из клетки. Это было нелегко. Тело все затекло в дополнение к боли. Когда я выбрался из клетки, она схватила кольцо на задней части ошейника и дернула меня обратно к клетке. Прежде чем я понял, что происходит, Виолетта ткнула мое лицо обратно в клетку и в мочу. Я закрыл глаза как раз вовремя.

“Плохой мальчик!”, – сказала она сердитым, но снисходительным голосом. В моем истощенном состоянии ей было легко толкнуть меня в клетку. Ноги просто не держали меня.

Потом она одела на меня цепь с ошейником и потащила меня через всю комнату. Я пытался не отставать, но она шла слишком быстро. Так что я чувствовал неприятное и ужасающее удушье, усиливающее мою беспомощность. Затащив в ванну, она привязала поводок к металлическому кольцу, торчащему из стены.

“Ты хочешь, чтобы я опоздала на работу, Бобби?”

“Бобби?”, подумал я озадаченно.

Она улыбнулась: «Прошлой ночью я решила назвать тебя Бобби. Надеюсь, тебе нравится … Как это мило».

Мне был неприятен факт, что она назвала меня собачей кличкой. Это было унизительно.

«Конечно, не имеет значения, нравится тебе это или нет, Бобби. Теперь это твое имя. Как твоя хозяйка, я могу назвать тебя как захочу».

Как она была довольна! Виолетта наслаждалась этим безмерно. Она понимала, как стыдно было все это слышать. И совершенно точно – ее возбуждал мой страх.

Хозяйка моет свою новую “собачку”

Виолетта включила воду, позволив ей немного стечь, прежде чем начала обливать меня. Я ожидал, что будет холодно, но, к моему удивлению, было приятно тепло. Она сняла с себя пиджак. Потом обливала меня несколько минут, смывая мочу. Намылив руку, она начала мыть меня – спину, задницу.. Я ничего не мог с этим поделать.

“Бедный щенок, – снисходительно начала она, – На твоей милой маленькой заднице есть следы. Мамочке очень жаль, что она сделала это с тобой. Но собачки спят в клетках, а ты песик. Мамочка не может позволить своему милому маленькому щенку не повиноваться ей. Иначе он никогда не будет уважать ее команды”

Я унижен, но возбужден против своей воли

Она мягко потерла рубцы, а затем ее пальцы начали мыть дырочку моей задницы. Виолетта намылила больше мыла, затем стала мягко растирать вверх и вниз, вталкивая свой средний палец в меня. Ее палец двигался и уходил с каждым разом все глубже. Я изо всех сил старался не допустить, чтобы это произошло. Но, несмотря ни на что, член стал твердым. Это было унизительно. Ее другая рука нашла мой твердый член.

«О, я вижу, что Бобби нравится, как мамочка трогает это место. Ты видишь, что мамочка может сунуть палец или что-нибудь еще, когда захочет, потому что владеет тобой»

Ее рука аккуратно втирала мыло в мои яйца, а затем стала очень медленно двигаться по члену. Хотя я противился в душе тому, что она делала со мной, я ничего не мог поделать с возбуждением. Виолетта начала ускоряться, двигая пальцами и рукой. И я чувствовал назревающий оргазм глубоко внутри. Я пытался остановить его, но это было невозможно. Мое извержение было взрывоопасно. Весь мой оргазм она не переставала трогать меня. Она ждала, пока кончу.

«Я думаю, тебе нравится быть моей собакой, Бобби», – сказала она, глядя мне в глаза, когда мыла мою голову. “Это так заводит тебя, – смеялась она, – Но это не имеет значения. Ты будешь моей собакой всю оставшуюся жизнь, нравится тебе это или нет».

Она вытерла меня полотенцем и повела на лестницу. Это было сложно, но я сделал это. Открыв заднюю дверь, она вывела меня на траву.

Хозяйка выгуливает “своего щенка”

«Иди и не капризничай, щенок. Мамочке надо идти на работу. Я не хочу больше “мокрых дел” в твоей клетке».

Неужели она действительно хотела, чтобы я сделал это перед ней? Но я просто не мог этого сделать и посмотрел на нее, надеясь на сочувствие.

“Бобби, тебе лучше сделать свое дело сейчас или ты получишь по заднице много больше, чем в прошлый раз”

Испытывая судорогу в ногах, я смог занять позицию и фактически сделать это. Я не мог смотреть на нее. Так я был так огорчен.

“Хороший мальчик!’, – сказала она с радостью, – Бобби хороший мальчик!”

Слезы появились в моих глазах, и я опустил их вниз.

«Теперь будь хорошим мальчиком и иди пописать».

Я последовал приказу. А затем она схватила меня за “собачью морду” и заставила взглянуть на нее: «Посмотри на меня, ты хороший щенок. Я знала, что ты можешь сделать это! Ты такой хороший песик”. В завершение она очистила мою задницу влажной салфеткой и протерла член другой: “Твоя милая задница и член в чистоте и порядке”.

Хозяйка кормит и поит “своего щенка”

Я даже не думал о еде и питье. Но в ту минуту, когда она сказала это, я понял, что у меня пересохло во рту, а живот полностью опустел. Сейчас она снимет собачью маску, подумал я с волнением. Мне нужно с ней поговорить, независимо от последующей расплаты за это. Я должен был как-то убедить ее. По крайней мере, мне надо уговорить ее освободить ноги. Я серьезно беспокоился о то, что они постоянно в ужасно согнутом положении.

Меня ждало разочарование. К сожалению, собачью маску не нужно было снимать.

Виолетта начала меня поить. Бутылка с длинным узким носиком была засунута мне в рот. И я почувствовал, как она зацепилась за кольцо во рту. «Расслабь горло, чтобы не задохнуться», – предупредила она. Виолетта нажала кнопку на бутылке, и вода потекла ко мне в рот и в горло. Боясь удушья, я старался расслабиться. К счастью, вода влилась без происшествий. Далее был завтрак – отвратительный густой жидкий суп, которым было бы трудно подавиться. Она закончила, вылив еще три бутылки воды в мое горло.Я был счастлив, что завтрак закончился…

“Хороший мальчик, Бобби!, сказала она, поглаживая меня по голове, -Теперь давай вернем тебя в клетку. Мамочке нужно идти на работу». Она потянула меня за поводок и пошла к двери подвала. Я снова почувствовал панику, успев за ночь возненавидеть эту маленькую клетку. Но я был беспомощен, чтобы остановить ее. Она проделала все то же, как и вчера. И я вернулся в эту ужасную маленькую цементную комнату с маленькой клеткой в ​​стене, похожей на какую-то миниатюрную тюремную камеру в средневековой тюрьме…

Хозяйка идет на работу, а я – в клетку

Я замедлился, когда меня подвели к клетке. Она остановилась и присела рядом со мной: «Тебя должно быть расстраивает то, что тебя лишает свободы этот кожаный костюм. Но у тебя нет никакой возможности вырваться на свободу. Ты можешь попытаться сопротивляться и испытать сильную боль , но все равно пойдешь в эту клетку и будешь терпеть боль ни за что. И ты пойдешь в клетку каждый раз, когда я решу отправить тебя туда. А все потому, что ты ничего не можешь сделать, чтобы помешать мне посадить тебя туда”

Я заплакал. Виолетта была права. Я опустил голову и вошел в крошечную клетку, затем повернулся к ней. Еще раз она прикрепила тяжелые железные кандалы к моим запястьям, цепь к ошейнику. Я подумал, что хорошо, что кожа собачьего костюма хоть немного защищала меня от железа клетки и кандалов. Но разве маленькой клетки недостаточно для мук? Какого черта она добавила кандалы? Мне и так было неудобно и унижен я был достаточно.

Она закрыла клетку и снова заперла кодовый замок на дверце. Потом опустилась на пол и посмотрела мне в глаза: “Тебе удобно, Бобби? Мне жаль, что я должна тебя так сильно запереть, но это ради твоей собственной безопасности. Я не хочу, чтобы ты поранился, пока меня не будет». Ах, если бы я мог хоть что-то ответить…проклятая собачья маска не давала…

«Когда я буду спать в своей теплой удобной кровати, когда буду есть вкусный обед в ресторане, когда пойду на тренировку и на массаж, я буду думать о тебе в твоей маленькой клетке. Я буду вспоминать, что ты ничего не делаешь, только смотришь сквозь решетку на серую цементную комнату.

Виолетта встала, собираясь уйти, но остановилась и обернулась: «Не беспокойся, мой маленький питомец. Меня не будет 9 или 10 часов … может быть, 12, если я вдруг выпью с девочками после работы. Не писай в клетку, иначе мамочка действительно рассердится»

И она закрыла тяжелую металлическую дверь и кирпичную стену, оставив меня смотреть сквозь металлические прутья и приглушенный свет в серой бетонной комнате.

Возможно, вам понравится видео: Фемдом пет плей на улице

Комментарии:

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *