Доминирующая жена рассказ

Моя “любящая” доминирующая жена

Темы рассказа: рабство, игры с дыханием, CBT, пояс верности, электричество, экстрим, затруднительное положение, пытки, игрушки, куколд

Примечание автора: это довольно экстремальная история об отношениях доминирующей жены с мужем, со смесью чувственности, крайней жестокости и унижения.

Глава 1. Пролог. Заточение в “моей комнате”

Моя доминирующая жена говорит, что я “самый счастливый человек на свете”. Если я когда-нибудь чувствую себя подавленным или несчастным, она напоминает мне, что отношения такие как у нас одни на миллион. Нам так повезло, что мы нашли друг друга. Она скажет: «Сколько мужей получают такое внимание к себе? Скольких мужей любят так же сильно, как я тебя?»

И она права. Я должен согласиться, что она заботится обо мне так, как мало других жен. Иногда она лежит рядом со мной, гладит меня по волосам, обнимает меня и шепчет: «Знаешь, ты в центре моей жизни, верно, дорогой?» И с ней сложно спорить. Ее тонкий естественный аромат нахлынет на меня, я почувствую ее тепло на себе… И я действительно поверю, что мы одни на миллион.

Но иногда я не чувствую себя таким счастливчиком…

Я привязан к полке в “моей комнате”. Здесь темно, холодно… Я смотрю в потолок. У меня нет особого выбора. Большое количество кожаных ремешков удерживают мое тело. В соседней комнате я слышу, как моя жена тяжело дышит и стонет. Это продолжается уже пару часов. Парень, с которым она занимается сексом, в основном молчит. Но иногда он издает глубокие звуки. Слышу, как кровать скрипит, когда они двигаются вместе. Я знаю, что она получила оргазм уже два раза сегодня вечером. Стоны, которые она издает, когда он доводит ее до оргазма, помогают в счете. Надеюсь, это будет еще раз, прежде чем я смогу немного поспать.

Я ясно слышу, что там происходит, потому что то, что я называю «моей комнатой», на самом деле – гардеробная в спальне. Мы переделали ее пару лет назад. Здесь все функционально и просто, минимум места. Эта “моя комната” позволяет находиться мне близко к ней. Это 2 метра в длину и ширину, с матовыми окрашенными в белый цвет стенами. На правой стороне несколько простых крючков для моей одежды.

С правой стороны стоит то, что моя жена любит называть моим “игрушечным сундуком”. Это большая тяжелая черная металлическая коробка, в которой хранятся все ремни, кнуты, зажимы и другие БДСМ девайсы. Она с удовольствием использует их для меня. С левой стороны, примерно на полпути к стене, находится толстая деревянная полка, прочно прикрепленная болтами к стенам на каждом конце шкафа. Пространство под ней отделено от комнаты сплошной стальной решеткой, создавая клетку как пространство. Большую часть ночей я сплю в этой клетке, под полкой, лежа на тонком матрасе на полу.

Однако сегодня все по-другому. Сегодня у моей жены гость. И когда у нее гость, она хочет, чтобы я даже минимально не двигался в крошечном пространстве клетки. Она говорит, что шум помешает ее гостю. Но я думаю, что она действительно сходит с ума от мысли, что я обездвижен. Беспомощный. Невозможно пошевелить мышцами, пока она трахается всего в нескольких метрах.


Итак, сегодня вечером я лежу на деревянной полке над клеткой. Я лежу на спине, руки – по бокам. Через прорези в дереве блестят черные кожаные ремешки с хромированными пряжками. Для моих рук и ног предусмотрены четыре ремешка, равномерно распределенных по конечностям. Более широкий и толстый ремешок удерживает мое туловище на месте, пересекая мою грудь чуть ниже моих подмышек. Мягкий ремешок аккуратно, но плотно обернут вокруг шеи, слегка приподняв подбородок.

Наконец, моя голова и рот зафиксированы с помощью узкого кожаного ремня, который натягивается вокруг щек и между зубами. Само по себе это не может полностью предотвратить шум, но она всегда использует кляп для моего рта. Сегодня, как и в другие дни, это пара ее использованных трусиков, которые вставлены на место под ремешком.

Хотя полка выглядит жесткой и болезненной, есть несколько послаблений для моего комфорта. Моя нижняя часть спины и задница опираются на тонкую мягкую кожаную подушку, которая прикреплена к дереву. А голова и шея опираются на кожаную подушку, закрепленную таким же образом. Моя жена добавила подушки после того, как сказала, что не хочет, чтобы я испытывал ненужную боль. Конечно, ее определения того, когда боль необходима и не нужна, вероятно, не будут соответствовать взглядам большинства других людей. И хотя полка в целом не приносит боль, она обездвиживает.

Я могу покачивать пальцами рук и ног, но это все. Когда она впервые пристегнула меня, прикручивая и измеряя, она была в восторге. Когда последний ремень был установлен на место, она отступила и хлопнула в ладоши, словно ребенок с новой игрушкой.

“О, милый, это замечательно”, сказала она радостно. «Ты выглядишь так мило, так прекрасно зафиксированным здесь. Теперь я могу удовлетворяться с мужчинами в соседней комнате, и тебе не нужно ни о чем беспокоиться. Ты будешь в безопасности здесь».

Затем она уселась на край полки и провела руками по моему неподвижному телу.

«Хотя я полагаю, нам лучше убедиться, что ремни действительно сделают свою работу должным образом …».

С этими словами она потянулась к моему плечу и очень сознательно и осторожно ущипнула мою плоть длинными красными ногтями, почти прорезая кожу под воздействием давления. Я застонал в ее грязные носки, которые она сунула мне в рот. Инстинктивно я попытался освободить руку от боли, но она осталась крепко закрепленной на месте, неподвижно между ремнями. В течение следующих 30 минут или около того она повторяла этот процесс по всему моему телу, проверяя каждую часть обнаженной кожи, мягко улыбаясь себе…

Время от времени она делала паузу и нежно ласкала конечность, над которой работала, просто позволяя кончикам пальцев скользить по моему телу. Или наклонялась ко мне и нежно дула на красные ссадины, которые она только что сделала. Но затем она всегда возвращалась к причинению боли и испытанию своей новой игрушки. К концу процесса, я был покрыт ярко-красными полумесяцами, каждый из которых медленно исчезал в центре боли. Но ремни держались, и я не сдвинулся.

С того дня я находился на полке два или три раза в неделю. У нее нет никаких чувств к парням, которых она приводит домой. Она встречается с ними пару месяцев, а затем бросает, когда новизна угаснет. Как она говорит мне, ей просто нужно удовлетворить свои основные потребности, так же, как ей нужно есть или спать. То, что она имеет со мной, совсем другое и намного более особенное.

Судя по продолжающимся звукам из-за соседней двери, кажется, что нынешний фаворит месяца действительно делает свою работу. Она тяжело дышит, почти кричит на каждом выдохе, каждое дыхание становится все более затянутым, когда она достигает своего апогея. Он издает громкий стон, а потом «Черт, да». Я думаю, что для них это оргазм номер 3 вечера. Наконец все постепенно затихает, и теперь я могу услышать тихий шепот голосов из спальни.

Я ничего не знаю об этом парне. Сегодня только второй раз, когда она привела его домой. Все, что она упомянула мне – у него большой член и он может трахаться часами, прежде чем он устанет. Кто бы он ни был, я просто благодарен, что она не привела Фрэнка сегодня вечером. Большинство парней она не видела больше нескольких раз. И никто из них не знает обо мне. Фрэнк является исключением из обоих этих правил. Она встречается с ним регулярно. И по какой-то причине она решила рассказать ему все о нашем нетрадиционном браке. Удивительно, но это не напугало его. Во всяком случае, это его возбудило. И недавно он намекал на то, что было бы забавно привлечь меня немного больше. Фрэнк пугает меня.

Голоса из соседней комнаты теперь стихли и сменились медленным и нежным храпом. Через несколько минут в моей комнате включается свет. Я слышу, как металлический замок снаружи двери открывается. Моя жена быстро проскальзывает, прежде чем закрыть ее за собой. Из-за тяжелого рабства, в котором я нахожусь, я не могу повернуться, чтобы взглянуть на нее. Она садится на полку возле моей головы и смотрит мне в глаза. Она обнажена, не считая пары тонких розовых трусиков. У нее на теле тонкий блеск пота. Ее волосы растрепаны, и кожа светится красным румянцем от ее вечернего напряжения. Похоже, как будто она только что закончила тренировку в тренажерном зале.

“Привет милый”, шепчет она. “

Конечно, это риторическое приветствие, так как я не могу издать ни звука, кроме тихого стона. Она наклоняется и нежно целует меня в лоб, аккуратно раздвигая мои волосы. Но не делает попыток развязать меня. Низкий храп, который я все еще слышу из соседней двери, начинает наводить меня на мысль, что я еще останусь на полке какое-то время.

«Я сожалею об этом, мой сладкий, но Билл очень устал после всего, что мы сделали сегодня вечером. Я не думаю, что было бы справедливо выгнать его сейчас на улицу. И он просто так хорош в сексе. Удивительно, правда. Я думаю, что он, должно быть, закачал мне галлон спермы за последний час или около того. В любом случае, я позволю ему поспать несколько часов перед тем, как он уйдет. Поэтому тебе придется оставаться привязанным к твоему особенному месту еще немного. Мы не хотим, чтобы он случайно натолкнулся на тебя утром, не так ли? Но не волнуйся, я не забуду о твоем удовольствии “

Она тянется к кляпному ремню и расстегивает его. Ее трусики медленно вытащены изо рта и выброшены в угол комнаты. Пока я работаю своей челюстью и пытаюсь заставить слюну течь снова, она надевает свои трусики и садится на меня, коленями по обе стороны от моей головы. Запах ее сильный, и она приседает все ниже и ниже, ее пизда чуть выше моего рта.
“Хорошо, дорогой. Открой рот для меня широко. Я думаю, ты получишь большой груз сегодня вечером”

Одной рукой она широко раскрывает пизду над моим ртом, а пальцем другой пытается вытянуть липкое содержимое. Большая порция спермы Билла выкатывается и приземляется во рту. Я глотаю соленую жидкость, когда она выскальзывает из пальца, принося с собой еще одну длинную сперму. Она направляет ее в мой рот и дает мне палец, чтобы облизать его. Наконец она приседает еще ниже, чтобы дать моему языку полный доступ. Я облизал по всей длине ее щели, а затем поработал языком, вычистив смесь ее сока и его липкой спермы. Я не пытаюсь ее взволновать или доставить ей удовольствие. Это не для этого. Я здесь для уборки.

«Это хорошо», – шепчет она. «Я думаю, ты получил большую часть этого. Но ты еще не совсем закончил. Во второй раз, когда он трахнул меня, это было в мою задницу. Так что сегодня вечером ты получишь двойное угощение».

Затем она поднимается с положения на коленях на корточки, опираясь на подушечки ног. Я знаю, что будет. И я знаю, что это будет отвратительно и неприятно, но я должен сделать это для нее. Затем она быстро присела на корточки, держа свою жопу над моим открытым ртом. Пауза, и я чувствую, что она немного напрягается, но затем с тихим хрипом удовлетворения мой рот внезапно наполняется впрыснутой смесью смазки, дерьма и спермы. Я чувствую горечь ее фекалий, смешанных с тем, что на вкус напоминает ее любимую смазку со вкусом клубники.

Иногда ей нравится заставлять меня ждать в этот момент, держа жидкость во рту, пока она не даст мне разрешение глотать. Но сегодня меня это минуло, и я сглатываю так быстро, как могу, стараясь не пробовать больше, чем нужно. Я напрягаю голову, чтобы просунуть язык в ее анальное отверстие, и при этом больше отвратительной жидкости выскальзывает. После нескольких минут облизывания и чистки она закончила и осторожно слезла с меня.

«Спасибо, милый», – говорит она. «Это было очень хорошо сделано, и я горжусь тобой. Теперь я пойду в постель, но я вернусь, чтобы освободить тебя, как только Билл уйдет. А пока позволь мне надеть тебе кляп.”

Она поднимает розовые трусики, которые она носила, когда входила, и использует их, чтобы стереть оставшийся пот с живота и подмышек. Она также тщательно вытирает свое влагалище и задницу, захватывая любую случайную смазку или сперму, которые я мог пропустить. Наконец, наклонившись ко мне, она вычищает трусиками жидкость из своей жопы, разбрызганную вокруг моего подбородка и лица. Потом она осторожно укладывает теперь липкие трусики в мой рот, подтягивая кляп, чтобы надежно удерживать их на месте. Наконец поцеловав меня в лоб, она выскальзывает из комнаты, закрывая за собой дверь.

Когда свет погас, я представляю ее в соседней комнате. Красивая и голая, она скользнула в нашу огромную удобную кровать и обнимается с парнем, чей храп я все еще слышу сквозь закрытую дверь. Пока я лежу там, закрепленный кожаными ремнями, и все еще со вкусом ее дерьма во рту, мой разум возвращается к тому времени, когда мы впервые встретились и как все это началось.

Глава 2 – Доминирующая жена и я: знакомство, первая боль, осознание “я особенный”

Наша первая встреча была предзнаменованием того, что должно было случиться. Я находился на руках и на коленях, на полу. Она удобно сидела надо мной, разговаривая с кем-то еще.

Это происходило в ее офисе в юридической фирме, в которой работали мы оба. Она – молодой юрист, восходящая звезда в фирме, быстро поднимавшаяся к статусу партнера. Я же компьютерный специалистом, только что из колледжа. Все, что я искал, – это стабильный доход, пока выплачивал ссуды за обучение в колледже. Я думал, что делать со своей жизнью. Как оказалось, жизненные решения будут для меня меньшей проблемой, чем я думал. Об этом позаботится привлекательная женщина, явно игнорирующая меня в тот день в ее офисе.

Первоначально я не обращал на нее особого внимания. Я мрачно смотрел на крысиные гнезда немаркированных компьютерных проводов под ее столом и удивлялся, какой идиот их установил. У меня было подлое подозрение, что идиотом мог быть я. Она качалась на стуле, разговаривала с клиентом по телефону и писала заметки на блокноте. Ее ноги лениво пинали и тянули провода, когда она поворачивалась туда-сюда, что не облегчало мою работу. На несколько секунд стало намного труднее, когда она очень сильно наступила на мою тыльную сторону ладони.

В шоке я уставился на черную туфельку на шпильке. Ее блестящий кончик глубоко врезался в мою плоть. Очевидно, это было случайно. В это время оживленный поток болтовни не прекращался ни на секунду, но я чувствовал боль. Подсознательно понимая, что что-то не так, она начала качать ногой взад-вперед, пытаясь понять, на что она наступила. Я поморщился от боли, но ничего не сказал. Внезапно, осознав, что произошло, она подняла ногу и откинула стул назад.

«Боже мой», воскликнула она. “Мне очень жаль. Я не заметила что твоя нога там. С тобой все в порядке?”

Ее голос замолчал, пока она представляла, что произошло. Сколько времени она стояла на моей руке? Мое молчание. Она задумчиво посмотрела на меня. Глядя на нее с пола, я медленно подвигал рукой. Я не знал, почему я молчал. Каким-то образом мне было неудобно прерывать ее разговор, независимо от того что мне было больно.

«Не беспокойтесь об этом», – сказал я. «Просто случайность. Позвольте мне вернуться к своей работе».

Она вернулась к телефонному разговору, а я – к бесплодным шатающимся проводам в поисках плохого контакта. Прошло несколько минут, и затем, на этот раз, как мне показалось преднамеренно, она снова осторожно наступила мне на руку. Я застыл, недоверчиво глядя на острый кинжал из блестящей черной кожи.

Поток телефонного разговора продолжался. Пока обсуждалась оплата счетов с клиентом, она медленно увеличивала давление, прижимая мои пальцы к полу. Я поднял голову и понял, что она смотрела на меня сверху вниз. Слабая улыбка играла вокруг ее рта.

Выражение ее лица было смесью веселья, любопытства и удивления, немного похожее на выражение лица владельца щенка, который стал свидетелем нового и неожиданного трюка. Она испытывала очевидное наслаждение, причиняя мне боль. Это глубоко тронуло мои нервы. Я почувствовал, как мой член начал напрягаться, и попытался неловко сдвинуться вперед, чтобы скрыть этот факт. Она в свою очередь переместилась вперед на своем стуле, двигаясь к краю, чтобы придать больший вес и давление на мою защемленную руку. В конце концов, когда боль стала слишком сильной, я тихо застонал. Она убрала ногу.

В течение следующих 15 минут эта же история разыгралась еще несколько раз. Несколько минут я пытался выполнять мою работу, а затем несколько минут боли, когда она сжимала мою руку каблуком. Или медленно царапала ее острым каблуком на тыльной стороне моей руки. На протяжении всего этого ее телефонный разговор не прерывался. Она делала заметки и поддерживала уверенный профессиональный тон со своим клиентом, в то время как под столом я сдерживал мои крики.

В конце концов телефонный звонок был завершен. Она собрала свои вещи, чтобы уйти. Я подумал сказать ей что-нибудь, но что было сказать? Она знала, что делает. И я не пытался остановить ее, потому что на очень глубоком уровне я был взволнован тем, что она сделала. Таким образом, я остался на полу, опустив голову, без энтузиазма дергая провода. Позади меня я услышал шаги и паузу, когда она подошла к двери.

«Оставь мне свой адрес электронной почты на блокноте на моем столе», – сказала она. «Мы должны встретиться вместе как-нибудь». И с этой инструкцией она ушла.

Три дня спустя я был в холле ее жилого дома в центре города, нервно смотря на мое отражение в зеркальной стене. Мужчина, смотрящий на меня, выглядел достаточно презентабельно. Он был стройным, чисто выбритым и элегантно одетым. Каким-то образом этого оказалось недостаточно. Моя рука слегка дрожала, когда я вызвал лифт. Вид темно-красных синяков, все еще отчетливо видных на руке, никак не успокаивал мои нервы.

Ее звали Эйприл. Сидя с бокалом вина за барной стойке кухни, я наблюдал, как она готовит ужин. Она казалась необычно прекрасной – стройной и миниатюрной, почти изящно сложенной. Со стороны матери она была японкой, и это проявлялось в ее высоких скулах и угольно-темных миндалевидных глазах. Ее темно-каштановые волосы были коротко подстрижены в азиатском стиле. Единственный видимый макияж – темно-красная помада, которая резко контрастировала с ее бледной кожей. Она сказала, что занималась спортом в колледже, и это проявилось как в ее спортивной фигуре, так и в отличной координации движений. Ее отец был британцем, и от него она унаследовала спокойную уверенность.

К моему удивлению, с ней было очень легко разговаривать. Мое нервное беспокойство стало рассеиваться. Она не упомянула сцену в своем кабинете, и разговор был продолжен за обедом. Эйприл отличалась абсолютной уверенностью в себе и остроумием. У нас оказалось много общих интересов. Когда она предложила перейти на диван после обеда, мои надежды начали расти. Может мне повезет в конце удивительно обычного свидания?

Как казалось, Эйприл была той, что мне нужна. Мои надежды росли.

Она села с бокалом вина на диван. Но когда я сел рядом с ней, она подняла руку, чтобы остановить меня. А затем указала на пол.

«Почему бы тебе не сесть у моих ног? Я считаю, что это было бы более подходящим положением».

Я сделал паузу, но только на мгновение. То, как она уверенно сидит там и ждет, когда я займу свое место на полу, напомнило мне то волнение, которое я испытал в ее офисе. Когда я устроился в таком положении, я почувствовал, как по позвоночнику пробежала дрожь. Каким-то образом я знал, что что-то подобное приближается. Она начала мягко тереть ногу о мою промежность, стимулируя то, что было теперь очень очевидной эрекцией.

«Сними штаны и трусы».

Я посмотрел на ее улыбающееся лицо. А когда я открыл рот, чтобы говорить, ее рука поднялась в универсальном знаке «стоп». Не говоря ни слова, я начал шарить по кнопкам брюк. Вытащить мой член перед полностью одетой женщиной, которую я едва знал, было стыдно. Но я перестал думать об этом. Как бы не шли события, я хотел быть с ней до конца.

Жена доминирует над мужем

За этим последовал почти час боли, перемежающийся лишь несколькими мимолетными моментами удовольствия. На правую ногу она надела красный туфель на высоком каблуке. На левой ноге был только в чулок. От ее правой ноги я почувствовал боль от царапины острым каблуком. Она прижимала головку члена кончиком туфельки. Повторяющиеся маленькие пинки в мои яйца. Левая нога нежно поглаживала меня, мягко возбуждая. Моменты боли чередовались со странными моментами облегчения.

Мы не говорили. Она казалась очарованной тем, что могла сделать со мной. Я смотрел на нее и просто попытался катиться на волнах боли.

В конце концов, когда мне показалось, что член натерт, она сбросила туфлю и соскользнула на диван. Ее юбка поднялась, когда она это сделала. У меня перехватило дыхание при виде ее чулок и маленького белого шелкового треугольника между ее ногами. Твердо держа меня за плечо, она опустила другую руку, чтобы сжать мои яйца. Я посмотрел в ее темные глаза, когда она начала ритмично сжимать и крутить их. Боль быстро нарастала, мое дыхание участилось. Когда боль охватила меня, я начал плакать, и она прижала губы к моим. Наш первый поцелуй. Она крепко прижала меня к себе, одной рукой за голову, питая мою агонию. Звук моей боли затерялся в ее губах и языке.

Этот момент ознаменовал окончание нашего первого свидания. Десять минут спустя я вышел из ее квартиры, глядя на закрывающуюся дверь. Двенадцать месяцев спустя мы поженились.

За эти двенадцать месяцев нам удалось совместить нормальную активную жизнь с постоянной эскалацией пыток и мучений. Она часами мучала меня, чтобы избавиться от разочарований после долгого рабочего дня. Ночь просмотра фильмов и совместного поедания попкорна заканчивалась тем, что я был тесно связан веревкой и спал на твердом полу у подножия ее кровати. Ужин оживлялся с помощью электрошока, обернутого вокруг моих яиц, и пульта дистанционного управления в ее сумочке. После вечеринки с друзьями моя первая обязанность по возвращению с ней в квартиру заключалась в сидении на корточках с открытым ртом, чтобы она смогла сделать свои дела.

На протяжении всего этого моя любовь к ней только росла. Она стала центром моей жизни. Она заботилась обо мне и причиняла мне боль. Лечила меня и била меня. Обнимала меня и пытала меня. Я все это принял и принимал мою боль в качестве подарка.

Когда она предложила нам пожениться, в моем ответе не было сомнений. И когда я извивался на кровати для новобрачных, нервно сжимая простыни, она медленно проникала в меня страпоном. Я знал, что нашел свое место в жизни. Я был связан с ней навсегда.

Это случилось четыре года назад. Я потерял счет тому, как часто моя доминирующая жена причиняет мне боль, или сколько мужчин было у нее с того момента. Но она никогда не занималась сексом со мной. Ни разу. Как она говорит мне, я особенный.

Глава 3 Доминирующая жена и я. Мои пытки: боль, боль, много боли…

Прошло два дня с тех пор, как ушёл приятель моей жены, Билл. Они проснулись почти в 9 часов, настолько они были измотаны после своих сексуальных утех. Что еще хуже, она решила принять душ и переодеться на работу, прежде чем прийти развязать меня. Поэтому, пока я отрывал себя от полки и стаскивал ее грязные трусики со рта, она стояла там безукоризненно одетая и благоуханная, нетерпеливо поглядывая на свои часы. У меня не было времени, чтобы принять душ или побриться. Мне просто нужно было одеться и отправиться прямо с ней на работу.

Мы все еще работаем в юридической фирме. Но она стала партнером сейчас. Самым молодым в истории фирмы. Бог знает, что думают люди, когда видят, как мы вдвоем поднимаемся вместе. Неряшливый компьютерный техник и красивая молодая женщина- адвокат…

Сейчас субботний полдень. Меня посадили в клетку под спальной полкой. Тяжелая металлическая сетка приклепана к полке и полу, с небольшим отверстием на одном конце, которое на замке. Нет особой причины для моего заточения. Она просто любит помещать меня сюда, когда хочет. Сама она выразилась так: «Мне хочется знать, где мои вещи. Не весело искать то, что потерял».

Я сижу в клетке с самого утра. Раз или два я слышал, как она передвигается по дому. Я понятия не имею, что будет дальше. Она может решить, что мы должны выйти в свет. И мы в конечном итоге поужинаем и выпьем в фантастическом ресторане, а затем вместе проведем спокойную ночь в постели. Или она может положить собачью еду в блюдо и засунуть ее в мою клетку, прежде чем оставить меня здесь до конца выходных. Или ей захочется немного поиграть и вытащить меня на вечер боли и пыток. У меня действительно нет возможности узнать.

Пока я жду, я мрачно осматриваю свое последнее устройство целомудрия. Я говорю о последнем, потому что это пятое такое устройство, которое она установила с тех пор, как мы поженились. Первая пара была обычной пластиковой моделью и не очень хорошо функционировала. Отбросив те, она перешла на изготовленные на заказ металлические модели, которые оказались гораздо более строгими, к ее большому удовольствию.

Новейшая модель была установлена ​​только на прошлой неделе. Это грозное устройство из нержавеющей стали. Основной корпус – узкая металлическая клетка банановой формы, изогнутая к низу. На конце – металлическая полусферическая крышка с просверленным отверстием в центре. Из этой дыры, проходящей через центр внешней клетки, проходит полая металлическая трубка вниз по моей уретре. Она достаточно длинная, чтобы вытягиваться назад почти по всей длине моего члена. Это гарантирует невероятную болезненность любой эрекции. Все это заперто маленьким, но прочным замком.

Основное различие, которое я вижу между этой моделью и предыдущей, – это серия резьбовых отверстий, установленных в многочисленных точках вокруг внешней клетки. Там должно быть почти 20 отверстий, равномерно расположенных на разных уровнях по окружности. Я понятия не имею, для чего они, но я уверен, что в этом нет ничего приятного. Как только я провожу пальцем по холодной блестящей металлической поверхности, размышляя о возможностях, я слышу снаружи свою жену. Я подползаю к металлическим прутьям и вижу ее ступни.

Жена доминирует рассказы

«Привет, дорогой», – говорит она, садясь на корточки у двери клетки. «Как дела? Я думала о том, что мы можем сделать сегодня вечером. Я думала о маленьком французском бистро за углом. Немного романтики, которая тебе так нравится? Возможно немного вина и стейка фри? “

Я молчу. Я знаю, что ее вопросы риторические и что она уже решила, что собирается делать. Однако я не могу не надеяться на мысль о хорошем ужине с моей прекрасной женой.

«Но потом я подумала о том, что надо одеваться чтобы выйти на улицу. Это показалось мне слишком большим усилием. Поэтому вместо этого я просто решила, что мы потратим немного времени для себя дома. В конце концов, нам не нужно куда-то идти чтобы повеселиться”.

Она отпирает клетку, и я выползаю. Мои надежды на романтический вечер рухнули. Я знаю, что «немного времени для себя дома» может означать только одно… Боль.

Десять минут спустя она распяла меня на кровати. Я лежу такой же натянутый, как струна на луке. Мои запястья связаны и закреплены к изголовью металлического каркаса. Мои ноги широко раздвинуты. Каждая лодыжка крепко привязана к нижним углам кровати толстой черной веревкой. Она ушла в поисках новой забавной игрушки, которую можно попробовать.

Когда она возвращается, в одной ее руке пучок проводов, а в другой – что-то похожее на набор коротких игл для подкожных инъекций. Это острые металлические шипы, каждый из которых установлен на резьбовом основании. Радостно она объясняет, что должно произойти.

«Возможно, тебе будет очень больно, дорогой», – шепчет она мне на ухо. «Ты видишь, как эти иглы ввинчиваются в твой пояс верности. Все двадцать из них. И просто, чтобы сделать это немного более интересным, каждую иглу можно подключить к блоку электрошока. Это доставит тебе удивительно неприятные толчки. Разве это не замечательно? “

Не дожидаясь ответа, она нежно целует меня в губы и сползает с кровати, чтобы начать устанавливать извилистые шипы. Первые несколько, расположенные у основания моего члена, не слишком болезненны. Я чувствую, как они покрываются ямочками, но не слишком сильно вдавливаются. Однако, когда она направляется к кончику, клетка постепенно сужается. Боль становится намного сильнее. К тому времени, когда 16 на месте, я чувствую дискомфорт на коже, по крайней мере, в нескольких местах. Я рефлексивно сжимаю и разжимаю руки, чтобы отвлечься от дискомфорта.

«Хорошо», – говорит она. «Это было, вероятно, немного неудобно для тебя. Но я боюсь, что следующая часть будет значительно хуже. Последние четыре идут прямо вокруг конца клетки. И учитывая, насколько она тесная, они также войдут прямо в головку твоего члена. Если ты закричишь, я пойму. “

Я кричу. С металлической трубкой из кончика клетки, проходящей вниз по моей уретре, мой член удерживается неподвижным. Нет никакого спасения от извилистых проникающих металлических шипов. Все четыре шипа проникают в чувствительную головку, прикрепляя ее, как лягушку на разделочной доске. Я чувствую, как капают капли крови. Она вынуждена положить полотенце внизу, чтобы защитить кровать. Мои крики уменьшились до тихих стонов, когда она начинает подключать иглы к нашему устройству электрошока. Однако я вынужден стиснуть зубы, когда она тянет и дергает клетку, чтобы получить доступ ко всем точкам соединения.

В конце концов все установлено к ее удовлетворению. Она ходит рядом со мной с пультом в руке. Подойдя к тумбочке, она вытаскивает что-то из нее и наклоняется ко мне.

«Открой рот », приказывает она. Я бездумно открываю рот, чтобы она дала мне таблетку. “Теперь проглоти.” Я делаю это Она улыбается с садистским счастьем на лице.

«Это кое- что, чтобы сделать это особенным», – говорит она мне. «Один из парней, который трахал меня пару недель назад, принес немного виагры. Поэтому я подумала, что это может помочь тебе в нашей сегодняшней игре».

Я смотрю на нее в шоке. С клеткой, толкающей мой член вниз и шипами вокруг, принудительная эрекция теперь будет мукой.

«Боже, нет», бормочу я. «О, пожалуйста, Эйприл . Со всем остальным это будет слишком много для меня. Я не смогу этого вынести».

«Но в этом вся прелесть», – говорит она, нежно качая головой. «Твое будущее определено. Предопределено. Все, что происходит – это прекрасная боль. Ты связан. Препарат начинает действовать на твой организм. Все, что нам нужно сделать сейчас, это выяснить, что происходит, когда мы добавляем электричество.”

Мой член начинает напрягаться, двигаясь болезненно по отношению к иглам, когда она нажимает на пульт дистанционного управления. Каждое нервное окончание вспыхивает белой горячей агонией. Пронзает жестокая жгучая боль. Я бьюсь о кровать в беззвучном крике, изгибая спину. Мои руки сжимаются, ногти глубоко врезаются в ладони.

«Ох», – говорит она. «Может быть, я начала с 8-го уровня. Давай начнем медленно и посмотрим, сможем ли мы довести тебя до 8 или 9 к концу».

В течение следующего часа она лежит рядом со мной. Одна рука касается моей груди, одна нога перекрывает мою и мучает меня только легким движением большого пальца. Мой член предал меня. Больше не мой, она принадлежит ей и отвечает только ей. Вверх и вниз идет интенсивность ударов тока, рябь между узорами иглы. Низкие пульсирующие волны бегут по всей клетке, волнуя и мучая меня, только для того, чтобы она включила четыре иголки в головке чудовищным скачком напряжения.

Все это время она дразнит меня и ласкает, балансируя мою боль со удовольствием. Она питается моей агонией. Ее губы нежно целуют меня в лицо, ее пальцы скользят по моей груди, мягко обводя контуры соска, ее дыхание теплое и мягкое на моей шее. Ей нравится смотреть мне в глаза, когда она меняет напряжение, наблюдать, как удовольствие сменяется болью, надежда превращается в страх. Иногда она нежно прикасается губами ко мне. Несущественный поцелуй, выпивая мои крики, не блокирует их освобождение. Пока я крутюсь и напрягаюсь на кровати, тщетно пытаясь убежать, ее теплое тело остается со мной, слегка, но верно прижимаясь ко мне.

В конце концов, после ужасной 30-секундной вспышки электричества, из-за которой я почти вытащил изголовье из болтов, она устала от своей игры. После выключения электроустройства она наклоняется ко мне и смотрит в мое измученное лицо.

«Я пригласила Фрэнка сегодня на вечер», – говорит она мне. «Мы планируем долгую ночь траха, и я хочу быть свежей для него. Поэтому я думаю, что я один час посплю. Я собираюсь настроить электрошоковый автомат для запуска стандартного 5-минутного цикла , начиная с уровня 1 и переходя на уровень 9, до сброса. Я хочу, чтобы ты посчитал 12 из этих циклов, а затем разбудил меня. Хорошо? ”

Я киваю. После всех воплей, которые я только что сделал, мое горло чувствует, что хочет говорить.

«Спасибо, дорогой», – говорит она, наклоняясь, чтобы поцеловать меня. «Я знаю, ты будешь для меня отличным будильником. И ты знаешь, какая я капризная, если я просыпаюсь слишком рано. Поэтому я уверена, что ты будешь очень осторожен, чтобы не шуметь до нужного часа».

С этим тонко завуалированным предупреждением она обнимает меня и кладет голову мне на грудь. Глядя вниз, я вижу, как ее темные волосы растекаются по моей обнаженной коже. Чистый травяной аромат ее шампуня поднимается ко мне. Ее дыхание замедляется и углубляется, ее тепло ласкает меня, успокаивает. Когда я чувствую начинают щекотать первые легкие импульсы электричества, я закрываю глаза и сосредотачиваюсь на своей любви к ней. Мне нужно пройти 12 циклов боли, а виагра все еще творит на меня свою ужасную магию.

Глава 4. Доминирующая жена, я и ее любовник: много боли и унижения

Я разбудил ее, осторожно называя ее имя. Мое тело болит в растянутом положении, мышцы подергиваются и болят от сокращений, через которые они прошли. Но я не тороплю ее. Я просто осторожно повторяю ее имя. Она медленно шевелится, растягиваясь и зевая, как сонный кот в теплом солнечном свете.

Она целует меня в щеку и начинает развязывать, выключая электричество. Я ожидаю, что меня отправят в клетку, пока она готовится к Фрэнку. Но она удивляет меня, обнимая меня некоторое время, а затем отправляя помыться в душ. Клетка целомудрия остается на месте. Но, к моему облегчению, она позволяет мне убрать с нее шипы и провода. Вокруг моего члена довольно много крови. Она высохла, поэтому я провожу долгое время в душе, тщательно вытирая все. Раны ноют, когда их бьет горячая вода, но к тому времени, как я вытираюсь полотенцем, боль несколько утихает.

К тому времени, как я возвращаюсь в ее комнату, она уже одевается, готовясь к приходу Фрэнка. Я замираю в дверях, видя ее элегантность. Даже после нескольких лет брака она может меня оглушить. На ней последнее модное белье , пара черных кружевных трусиков с подходящим бюстгальтером в сочетании с традиционными черными чулками и подтяжками. Она подчеркивает это с помощью серебряных украшений, витого колье и пары длинных висящих сережек, которые сверкают на ее коже. На лице лишь немного макияжа, чтобы подчеркнуть ее темные глаза. А ее помада темно-красного цвета делает ее губы чувственными и полными.

«Ты потрясающе выглядишь», – говорю я ей.

«Спасибо, дорогой. Фрэнк всегда любит этот тип нижнего белья. Что-то в этом превращает его в настоящего животного. Он будет хотеть трахаться часами после того, как увидит его. А теперь иди сюда».

Она жестом указывает на мягкую скамью перед ее туалетным столиком, и я беспокойно двигаюсь вперед. Я никогда не был вовлечен в ее сексуальные свидания в прошлом. Большинство парней не знают, что я существую. Фрэнк – исключение из этого, но пока она только дразнила меня из-за того, что я больше связан с ними обоими. Похоже, сегодня вечером это может измениться. Я думаю о том, что должно произойти, но знаю, что это бесполезное занятие. Лучше быть спокойным и послушным, и позволить ей раскрыть любой задуманный план. Я знаю, что в итоге я сделаю все, что она захочет.

Она наклонила скамью так, чтобы один конец был обращен к ее кровати, а другой – назад к ее комоду. Я осторожно ложусь на нее лицом вниз, моя голова свисает с конца, ближайшего к кровати, а ноги свисают с другого конца. Это длинная скамья, поэтому мой торс и верхняя часть ног поддерживаются, а колени касаются конца.

Моя доминирующая жена начинает обматывать меня веревкой. Несколько петель обвивают мою грудь и скамью, удерживая мое тело на месте. Она работает осторожно и медленно, удерживая веревку плотно и равномерно распределенной. Мои запястья связаны за спиной, а затем руки, захваченные большим количеством петель, прошли вокруг скамьи. Наконец она связывает мои ноги, лодыжки и колени, но не прикрепляет их к скамье. Я ожидал болезненную позицию, но это удивительно удобно. На мне нет никакой одежды кроме металлической клетки целомудрия.

Как только она заканчивает последний узел и крепко ударяет по моей заднице, звонит домофон. Фрэнк, очевидно, прибыл. Она натягивает прозрачное кружевное одеяние и уходит, чтобы впустить его. Согнув мою шею, я наблюдаю, как она уходит. Гибкая чувственная фигура. Ее бедра колышатся. Халат развевается вокруг нее, когда она отступает от меня.

В течение нескольких минут я один. Шум разговора доносится снизу. Я чувствую напряжение, нервное возбуждение в животе. Это неизведанная территория для нас. Когда я слышу голоса в двери спальни, я опускаю голову, уставившись прямо на ковер. Я боюсь посмотреть вверх, вдруг Фрэнк смотрит на меня сверху вниз. Пара туфель на шпильках скользит в моем поле зрения.

«Фрэнк принес тебе подарок», – говорит она тихим голосом. «Теперь подними голову и посмотри на меня».

Она садится на угол кровати, держа на коленях странную черную резиновую и металлическую штуковину. Это немного похоже на тип кислородной маски, которую носят летчики-истребители, но гораздо более надежно сконструировано. Она четко спроектирована так, чтобы соответствовать рту и носу, удерживаясь на месте несколькими тяжелыми толстыми резиновыми ремнями, которые обертывают вокруг головы. Но там, где шланг и воздушные фильтры обычно бывают для стандартной кислородной маски, выступают металлические трубки с короткой резьбой.

Без лишних слов она надевает мне маску на лицо. Запах резины наполняет мои ноздри, когда плотный материал плотно прилегает ко мне. Маска простирается от переносицы носа вниз и наружу, сжимая мои щеки и оборачиваясь под моим подбородком. Мое дыхание свистит в металлическую трубку и выходит из нее, и я чувствую, как маска с каждым вдохом слегка напрягается.

Фрэнк ложится на кровать позади Эйприл, заглядывая через плечо, чтобы взглянуть на меня сверху вниз. Одна рука случайно обвилась вокруг ее талии. Он крепкий, хорошо сложенный мужчина, не чрезмерно мускулистый, а высокий и стройный. Его волосы темно-коричневые, стильно подстриженные, а кожа светло-коричневая. Он работает тренером по теннису. Я не сомневаюсь, что с его внешностью и телосложением моя жена не единственная женщина, с которой он трахается. Он одет в свободные синие брюки и белую льняную рубашку. И я с болью осознаю свою наготу.
Эйприл откидывается назад, созерцательно глядя на меня.

“У тебя есть что-то еще?” – спрашивает она его.
Не говоря ни слова, он достает то, что выглядит как короткий черный шланг. Когда он передает его ей, я вижу, что один его конец заканчивается маленькой черной коробкой с маленьким металлическим крючком наверху. Эйприл наклоняется вперед и осторожно привинчивает открытый конец шланга к металлической трубке, выступающей из резиновой лицевой маски. Теперь мое единственное средство для дыхания – этот узкий резиновый шланг и маленькая коробочка, которую моя жена держит на ладони. Узость шланга затрудняет подачу воздуха. Но если я сохраняю спокойствие и дышу осторожно, со мной все будет в порядке.

“Ты хочешь проверить это?”- спрашивает жена у Фрэнка.
«Конечно», – отвечает он и, потянувшись вперед, тянет маленький крючок в коробке на конце шланга.

Мгновенно у меня отключается подача воздуха. Несколько секунд я паникую, бьюсь головой из стороны в сторону и стону. Умоляю, чтобы они позволили мне дышать. Но затем я беру себя в руки и заставляю себя сохранять спокойствие. Я задерживаю дыхание, глядя на них двоих, глядя на удивленное выражение лица моей жены. Мои глаза умоляют ее, так как мои легкие начинают гореть, но ее улыбка становится шире. Когда я начал безнадежно покачиваться в своем тесном рабстве и моя грудь мучительно напряглась, Фрэнк отпускает крюк. Наконец, я могу втянуть в себя глубокий поток благословенного кислорода.

Без лишних слов моя жена встает позади меня. Сначала я чувствую, как она дергает воздушный шланг. Затем она тянет меня за ноги, поднимая и сгибая их. Она завязывает веревку вокруг моих лодыжек, а затем снова возвращается, чтобы что-то сделать с толстыми ремнями, удерживающими маску на месте.

Через несколько секунд я выясняю, что они сделали со мной. Мое сердце падает… Блок управления дыханием прикреплен к ремням на затылке. Веревка от моих лодыжек прикреплена к крюку на блоке управления дыханием. Если я буду держать ноги и голову согнутыми назад, глядя прямо на кровать, я смогу дышать. Но если я расслаблю ноги или посмотрю вниз, я отрежу кислород и задохнусь.

Эйприл возвращается на кровать к Фрэнку. Опустив голову, я чувствую, как веревка от лодыжек затягивается… И подача воздуха внезапно прекращается. Я смотрю вверх, веревка ослабевает, и я снова могу дышать. Моя жена улыбается мне, зная, что я уже разобрался с настройкой.

“Умно, не так ли?” она спрашивает меня риторически. «Я думаю, это должно обеспечить твое полное внимание. Я хотела, чтобы ты оценил это и наслаждался тем, как Фрэнк трахает меня. Это он придумал эту эффективную небольшую штуку. Мы будем немного отвлекаться в ближайшие час-два. Поэтому я предлагаю тебе держать голову и ноги вверху, независимо от того, насколько болезненным это становится. Я бы не хотела испортить великолепную ночь траха, потеряв моего замечательного мужа. “

У меня нет ответа. Я смотрю на ее красивое тело, с холодом в животе думая о том, что ждет меня эти вечером. Однако все еще загипнотизирован ее силой и легким контролем над мной. Я уже чувствую слабое напряжение в мышцах шеи и знаю, что поддерживать движение воздуха будет нелегко.

Фрэнк уже начал раздеваться. Она скользит руками по его подтянутому телу, поглаживая линии его мышц. К моему удивлению, она опускается на колени перед ним и, стянув с себя трусы, начинает медленно лизать и целовать его стоящий член. Я всегда представляю ее в главной роли в любой ситуации. А здесь она стоит на коленях, медленно посасывая член. В течение следующих 10 или 15 минут ее красные губы воздействуют на его мужское достоинство, скользят по нему, язык щелкает по его пурпурной головке, глубоко погружая член в ее рот.

Ее свисающая серебряная сережка подпрыгивает и покачивается, а голова качается. В конце концов со стоном он испытывает оргазм, его рука крепко держит ее затылок. Она проглатывает его семя.

Когда он закончил, она садится на пятки. Ее язык сжимает член, чтобы собрать любую беспризорную сперму с улыбкой Чеширского кота на ее лице.
«Это было много», – говорит она ему. «Ты, должно быть, копил это в течение нескольких дней. Теперь давай посмотрим, как быстро ты сможешь подготовиться ко второму раунду».

Она забирается на кровать. Через несколько секунд они страстно целуются и обнимаются. Трусы моей жены и бюстгальтер сняты, но на ней остались чулки, ее ноги обвивают его. Она снова удивляет меня своим подходом. Я ожидаю звериной связи, яростного столкновения тел. И все же она нежная и заботливая. Они движутся вместе гармонично – близкое соединение хорошо отрепетированных любовников. Трогательно. Ласкание. Поглаживание. Они наслаждаются друг другом медленно, радуясь своим телам.

Следующий час запечатлен в моем мозгу как серия снимков во времени. С болью в шее и ногах я вынужден координировать свое дыхание с растяжением и отдыхом моих ноющих мышц. Моя голова опускается и поднимается. Мое дыхание на мгновение останавливается, когда я отдыхаю…шея…вид двух влюбленных передо мной каждый раз, когда я смотрю вверх.

Он находится между ее ногами, ее бедра прижаты к нему, сильные руки обхватывают ее талию. Она на спине, обхватив его руками и ногами, держится за его спину, пока он ритмично входит в нее. Она верхом на нем прижимает руку к его груди для равновесия и медленно движется на его члене, осторожно контролируя скорость, пока они оба стремятся к оргазму. Я молюсь, чтобы они закончили и наконец насытились, чтобы спасти меня от агонии в моих суставах и легких. Но их энергия кажется неиссякаемой, их удовольствие постоянно нарастает.

Они все таки заканчивают, но не совсем. Моя жена на четвереньках, ее задница в воздухе, ее голова на матрасе. Фрэнк сзади нее размазывает смазку по своему члену и использует палец, чтобы осторожно проникнуть в ее жопу. Его толстый член прижимается к ней, медленно расширяет вход, когда он проталкивается внутрь. Я прекрасно вижу, что происходит… как она стонет от удовольствия, когда темп растет. Я наблюдаю с потрясением, моя боль временно забыта, когда она подносит руку к своему клитору и доводит себя до массивного и великолепного кульминационного момента, его семя проникает в нее, и она содрогается от удовольствия.

Они падают на кровать, наконец- то насытившись. Я слышу, как учащенное и тяжелое дыхание моей жены замедляется, становится спокойнее и ровнее. Боль в моей шее и ногах теперь острая, судороги сводят мои бедра. Я в ужасе, вдруг они заснули. Мне становится все труднее поднимать голову. Периоды, когда я заставляю себя задерживать дыхание, становятся опасно длинными. Я чувствую себя слабее. Я мог бы умереть так, задыхаясь в агонии, в то время как моя жена и ее любовник удобно бы спали на кровати рядом со мной. Я пытаюсь покачиваться в своих веревках, но тщетно. У меня нет вариантов. Нет альтернатив. Моя единственная цель в жизни – держать голову и сосредоточиться на их расслабленных обнаженных телах.

В конце концов моя жена встряхивается и садится. Она улыбается мне, а затем скользит по кровати, оказывается рядом с моим лицом.

«Я думаю, что уборка будет следующей», – говорит она мне. «Давай посмотрим, сколько сока, пота, спермы ты сможешь слизать с меня».

Я заметил, что Фрэнк перевернулся на бок, чтобы посмотреть, как она снимает ремни и снимает маску. Мне все равно. Избавиться от маски и снова нормально дышать – все, о чем я могу думать. Запах их пота и возбуждения наполняет мои ноздри, когда она сдергивает маску и бросает ее на пол. Опустить голову на колени и вдохнуть ее аромат – это прекрасный момент. Я расслабляюсь с закрытыми глазами, вдыхая легкими душистый воздух.

Это длится недолго Я чувствую, как она хватает мои волосы, и прижимает мою голову к влажной полоске волос между ее ногами. Я вижу его сперму, сочащуюся из нее, белоснежную веревку, свисающую с ее губ киски. Я достигаю этого, но она в игривом настроении и не хочет делать это слишком легко. Оттягивая мои волосы назад, она заставляет меня вытянуть мой язык, кончик которого едва касается ее, заставляя меня напрягаться вперед, как будто я отчаянно пытаюсь собрать его семя. Медленно она позволяет мне вымыть ее, облизывая языком, чтобы собрать липкую смесь их интимных жидкостей. После нескольких минут лизания она встает и наклоняется, используя свои руки, чтобы раздвинуть полужопицы и подарить мне свою жопу. Я снова работаю, медленно провожу языком по линии капающей с нее жидкости, а затем облизываю ее.

Когда я закончил и она наконец-то стала чистой, она хлопает меня по голове, как будто я собака с хорошим поведением. Затем, натягивая халат, она направляется в ванную, оставляя меня наедине с Фрэнком. Я надеюсь, что он устал и доволен, чтобы откинуться на спинку кресла и расслабиться. Но как только она ушла, он садится передо мной. Я думаю, что знаю, что будет дальше.

«Ну, это половина работы,» говорит мне Фрэнк. «Но я думаю, что это справедливо, что команда по очистке выполнит всю работу».

Его толстый обрезанный член висит всего в нескольких сантиметрах от меня. Поверхность все еще покрыта смазкой. Я вижу густую каплю спермы, все еще блестящую в щели в конце. Я держу рот закрытым и на короткое время думаю отказаться. Эйприл никогда не заставляла меня делать что-то подобное раньше. Возможно, если я продержусь, она остановит его? Возможно, она вернется, чтобы спасти меня от этого последнего унижения? Его следующие несколько слов быстро положили конец этой идее.

«Даже не думай, что ты не будешь этого делать», – говорит он ровным низким голосом. « Эйприл пообещала мне, что ты обязуешься. А если нет…

Побежденный я открываю рот и тянусь к нему вперед. Как Эйприл , он не облегчает мне задачу. Я вынужден изогнуть мою шею, растягивая и покачивая голову, чтобы лизать его теплую твердую поверхность. После того, как я неоднократно провел моим языком вверх и вниз по стволу, соскребая с него смазку и выделения Эйприл, я перебираюсь на голову. Используя свои губы, я осторожно прижимаю язык к краю его головки. Несколько капель спермы, которые все еще цепляются до конца, гладкие и соленые. Я знаю, что останусь со вкусом его члена до конца ночи. Я чувствую, как он начинает немного напрягаться под нежным подсасыванием моего языка, заставляя меня нервничать. Он превратит это в нечто большее, чем просто работа по уборке. Но после всех его усилий в начале вечера он все таки устал.

К тому времени, когда возвращается жена, я уже закончил с задачей по уборке. Фрэнк несколько отступает, на мгновение создавая струну моей слюны, тянущуюся от конца его члена к моим губам. Я облизываю их, всасывая липкую нить, и чувствую, что Эйприл начинает работать над моими узами. Я благодарен, что вечерние мероприятия, похоже, подходят к концу, но оказывается, что осталось одно последнее унижение.

«Это было очень хорошо, дорогой», – говорит она мне. «И я надеюсь, что тебе понравилось шоу сегодня вечером. Мы определенно весело провели время. Я собираюсь вернуть тебя обратно в твою клетку до конца ночи, так как я хочу побыть с Фрэнком наедине и поболтать о будущем.

Но сначала я думаю, что ты должен Фрэнку немного выразить свою благодарность за все то удовольствие, которое он дал мне сегодня вечером. Поэтому я бы хотела, чтобы ты поцеловал его член и сказал ему как ты ему благодарен.

Я смотрю на его полувозбужденный член, который подпрыгивает всего в нескольких сантиметрах от моего лица. Понимаю, что у меня нет выбора в этом вопросе. Я ничего не могу сделать или сказать, что будет иметь значение. Моя жена
Эйприл – единственный человек, который имеет значение здесь.

«Спасибо, Фрэнк, что трахнул мою жену», – говорю я ему искренним тоном. «Я знаю, как ей это нравится». 

Я наклоняюсь вперед и нежно целую его член.


Комментарии:

Оставьте ответ

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *